Досточтимая Тубтен Чодрон

[Перевод расшифровки лекции из цикла учений в ходе ретрита по практике сосредоточения]

Итак, всем добро пожаловать; надеюсь, вы хорошо отдохнули и привыкаете к новой среде. Мы начнем свой приуроченный к Дню Труда отпуск с Буддой; думаю, очень хорошо воспринимать ретрит в качестве каникул с Буддой – и это прекрасные каникулы, потому что ссориться вам не придется. Если вы едете в отпуск со своими близкими, то не знаете, что именно произойдет; однако если отправляетесь куда-то с Буддой, то знаете, что ссор наверняка не будет.

Этот ретрит посвящен сосредоточению. Иногда мы проводим его немного иначе, чем другие ретриты, потому что в этом ретрите мы на деле стремимся сделать ум устойчивым и успокоить его, и поэтому вместе группового обсуждения днем мы чередуем медитацию при ходьбе и  сидячую медитацию. Кроме того, на протяжении всего ретрита мы сохраняем безмолвие, чтобы по-настоящему внутреннее сосредоточиться и не отвлекаться на разговоры с другими людьми, в которых мы бы рассказывали, что нам нравится, а что не нравится, какими эти люди по нашему мнению должны быть, и тому подобную чепуху. Нам не приходится создавать образ, которым мы могли бы кого-то впечатлить; вместо этого мы посредством молчания создаем прекрасное пространство, в котором  довольно хорошо друг друга узнаем. Тишина эта не является напряженной или недружелюбной, нет – мы узнаем  друг друга узнаем хорошо, но при этом в очень уважительном ключе; у нас у всех при этом есть время на осуществление внутренней работы, а в данном случае – на то, чтобы работать над развитием определенного уровня сосредоточения.

Давайте начнем с краткой медитации на дыхании; после этого этот первый час я хотела бы посвятить тому, как сосредоточение вписывается в буддийскую практику, потому что понять это действительно важно. Итак, давайте немного помедитируем; прямо сейчас в качестве объекта для медитации мы используем просто дыхание. По ходу ретрита мы переключимся и станем использовать образ будды, но прямо сейчас давайте использовать дыхание. Хорошо сосредотачиваться на краях ноздрей и носа и воспринимать ощущения – просто физические ощущения от дыхания в этой области, ощущения от вдохов и выдохов. Некоторым людям ощутить дыхание в этой зоне легко; мне же это на самом деле кажется немного сложным. На то, чтобы по-настоящему ощутить, как дыхание движется через ноздри, у меня уходит какое-то время; когда вы это ощутите, просто наблюдайте за тем, как дыхание входит через ноздри и выходит через них.

Если вы заметите, что этот метод вас беспокоит, то можете использовать живот и наблюдать за тем, как он поднимается и опадает. Это чуть более грубый вид движения, но если вы способны наблюдать за ним, это хорошо. У некоторых людей могут быть сильные аллергии; помню как-то раз я давала учения в ходе ретрита и совершенно не могла дышать носом – а учить людей должна была дыхательной медитации; таким образом, все относительно. Если у вас заложены пазухи и тому подобное, вы можете просто использовать образ Будды; я не стану описывать эту практику сейчас, потому что опишу ее чуть позже; пока же вы можете стараться как можно лучше представить Будду.

Итак, давайте какое-то время потратим на то, чтобы позволить своему уму успокоиться – потому что когда вы удерживаете ум на одном объекте, он естественным образом утихает. Не позволяйте своему уму странствовать по вселенной. Он может куда-то удаляться, у вас будут возникать посторонние мысли или чувства – а вы просто возвращайте внимание к дыханию.

Удостоверьтесь что сидите прямо; далее разместите руки: правую ладонь поместите поверх левой. Большие пальцы соприкасаются, образуя треугольник, который вы держите на бедрах. Подбородок выровнен – не позволяйте голове наклоняться вперед, иначе ощутите сонливость. Затем отыщите процесс дыхания, направьте свое памятование, свое внимание на дыхание, и просто за ним наблюдайте. Итак, какое-то время мы проведем в тишине, осуществляя это наблюдение.

[Безмолвная медитация]

Теперь давайте уделим мгновение тому, чтобы зародить свою мотивацию для этого ретрита. Очень важно, чтобы наше намерение относилось к уровню служения всем живым существам – именно ради этого мы желаем трудиться над своим умом, развивать свои благие качества, усмирять раздражающие качества; посредством продвижения по пути и обретения реализаций мы хотим преобразить свой ум в ум полностью просветленного существа. Пусть мы посему приносим величайшую долгосрочную пользу – всем существам, всеми способами. Такова наша долгосрочная мотивация; давайте считать то, что мы делаем на этих выходных, одним из шагов в этом направлении.

Многие ли из вас совсем новички в буддизме? Я спрашиваю об этом, потому что мне кажется, что независимо от того, буддисты мы или нет, давно изучаем буддизм или недавно, нам очень полезно по-настоящему вернуться к роли сосредоточения в нашей практике – и замечаю я это потому, что многих людей мысль о развитии сосредоточения приводит в радостное возбуждение и они думают, что посредством этого получат нечто суперархиэкстраультрамегаграндиозное, обретая всевозможные сверхспособности и тому подобное – и при этом не думают о том, какова настоящая долгосрочная цель. Будда всегда стремился к долгосрочной цели, потому что хотя краткосрочная польза и хороша, она очень быстро возникает и исчезает – и потому мы стремимся сосредоточить свой ум на долгосрочных преимуществах и долгосрочной цели, причем не только ради самих себя; сосредоточиться на цели, которая сможет очень хорошо повлиять на всех, на всех  оказать очень благотворное воздействие. Словом,  мы нуждаемся в подобном обширном воззрении.

Мне также кажется, что иногда люди думают о сосредоточении в духе «Что ж, я просто смогу блокировать весь мусор в своем уме»; «Я научусь сосредотачиваться и смогу выстроить между собой и хламом в своей голове кирпичную стену». Это не работает; это неудачная стратегия – она не приводит к желаемым нами результатам. Так что речь… хотя при описании начальных стадий сосредоточения и говорится о подавлении препятствующих факторов, речь не идет об их психологическом подавлении, вытеснении, в силу которого нам не пришлось бы этим факторам уделять внимание. Подразумевается не это; речь просто о том, что они временно не проявляются, хотя и остаются в уме.

Наша высшая цель – освободиться ото всех беспокоящих умственных состояний раз и навсегда, чтобы в уме не было явных омрачений. Проявленные омрачения – это, скажем, когда наше желание, наша привязанность, наша зависть и тому подобное активны, и мы словно кипим – или же наличие семян омрачений. Итак, семена омрачений: у нас нет проявленного растревоженного эмоционального состояния, но мы не свободны от вероятности его возникновения. К примеру, сейчас вы, возможно, не сердитесь, но навсегда ли вы свободны от гнева? Я лично нет. Потенциал гнева, семя гнева все еще существует в моем уме; если возникнут определенные обстоятельства, это семя гнева прорастет и внезапно проявится.

Итак, наша высшая цель в буддийской практике состоит в том, чтобы с корнем устранить эти беспокоящие умственные состояния – чтобы устранить не только проявленные состояния, но и их потенциал, семена этих состояний. Единственное, что полностью устраняет омрачения из нашего ума – это мудрость, постигающая природу реальности. Причина этого в том, что все свои омрачения – если нам присущи заблуждения, или жадность, гордыня, ревность, зависть, лень, недостаточная честность, недостаточная забота о других, склонность обманывать, претенциозность, злоба, воинственность – следует ли продолжать? – все эти присущие нам умственные состояния в соответствии со своей высшей целью в практике мы должны отсечь, чтобы они вновь не возникали. Поскольку все эти умственные состояния коренятся в невежестве, а невежество активно неверно постигает реальный способ существования явлений, для противодействуя этому невежеству нам нужна мудрость, которая верно постигает то, каким именно образом все существует; иными словами, нужен ум, полностью противоположный невежеству. Итак, каким бы образом это невежество ни воспринимало объекты, нам нужна мудрость, которая воспринимает их совершенно противоположно – потому что если мы сможем устранить это невежество, все остальные умственные состояния, которые от него зависят, также рухнут. Когда эти остальные умственные омрачения рухнут, перестанут возникать мотивируемые ими действия, то есть карма.

Когда мы прекращаем создавать загрязненную карму и устраняем невежество и омрачения, все наши неудовлетворяющие переживания, возникающие в силу кармы и омрачений, также прекращаются. Многие из вас много раз это слышали, но это действительно важно: вы должны быть способны объяснить эту последовательность самим себе; не просто понять ее, когда я ее описываю, и сказать: «Да, я это уже слышала», а по-настоящему понять, потому что между «Я уже это слышала» и способностью объяснить что-то так, чтобы в этом был смысл, есть разница. Итак, вам нужно по-настоящему поразмыслить над этим и начать на собственном опыте замечать, что неудовлетворительные условия проистекают из нашего собственного ума, из нашего невежества, которое ошибочно воспринимает природу реальности.

Итак, мы можем начать продвигаться в обратном порядке, начав с вопроса: «Что ж, мы переживаем неудовлетворительные вещи…» – хотя, возможно, кто-то здесь полностью удовлетворен своей жизнью? Есть ли здесь кто-то, свободный от старения, болезни, смерти? Разочарования – есть ли кто-то, свободный от разочарования? Есть ли кто-то, свободный от необретения желаемого – иными словами, есть ли кто-то, кто желаемое всегда получает? Кто-то, кто постоянно счастлив?

Итак, каков же исток неудовлетворительного состояния, в котором мы находимся? На самом деле все проистекает из рождения – и это странно, потому что мы обычно считаем рождение чем-то замечательным. У людей рождается ребенок – фантастика, какая радость! Люди умирают – мы расстраиваемся. Однако люди не умирают, если не рождались, так что почему же мы празднуем рождение и плачем по случаю смерти – если смерть попросту является естественным следствием рождения? Они находятся в одной последовательности – если вы рождены, выбора у вас нет. Так что это довольно странно, не правда ли? По случаю рождения мы говорим: «Уу, у них малыш, фантастика, еще сорок лет придется подбирать все за этим ребенком. Какая радость!».

Почему же мы рождаемся? Вы когда-нибудь интересовались этим вопросом: почему мы рождены? Почему мы вообще находимся в этом теле? Помню, в детстве я спрашивала, почему родилась собой: почему я родилась в Америке, у этих родителей, в этой ситуации – почему не родилась кем-то иным?

Размышляли ли вы над этим в детстве? Мне никто не мог этого объяснить; взрослые ничего не знали – во всяком случае, осмысленного; разве что парочку вещей. Итак, почему же мы рождаемся? Не в силу случайности, не без причины, не по воле случая, потому что все сущее зависит от причин. Причины не подразумевают предрешенности, так что когда я говорю, что вещи зависят от причин, это не означает, что они предрешены – ведь предначертание на самом деле устраняет причины: если что-то предначертано, причины не нужны, потому что кто-то уже все обустроил. Однако с буддийской точки зрения вещи не предначертаны; все случается в силу причин и условий.

Каковы же причины и условия нашего рождения? Что ж, причины нашего тела – это мать и отец, но как же быть с потоком ума – ведь мы не просто сочетание спермы и яйцеклетки! Яйцеклетка оплодотворяется во многих случаях, но не всегда обращается в ребенка. Почему же в этот раз она обратилась в ребенка? Потому что ее дополнил поток ума; непрерывность сознания соединилась с оплодотворенной яйцеклеткой, и появились мы – зачатые в материнской утробе. Однако ум, соединившийся с оплодотворенной яйцеклеткой, пришел из прошлой жизни. Почему этот ум соединился с этой оплодотворенной яйцеклеткой? Здесь мы говорим о роли кармы. Карма попросту означает «действия»; итак, действия, которые поток ума совершал в прошлых жизнях, действия ума, тела и речи, повлияли на то, к чему именно поток ума привлекло – то есть на то, в какие сперму и яйцеклетку, в какую оплодотворенную яйцеклетку этот поток ума вошел.

Итак, действия, совершенные тем, кем мы были в прошлых жизнях, создали причины для того, кем мы являемся в этой жизни. Эти действия были созданы под влиянием невежества, так что некоторые действия – точнее, все действия, которые создают перерождение в циклическом существовании созданы под влиянием невежеств. Невежество на самом деле является нейтральным умственным фактором, а не фактором разрушительным, не фактором негативным, хотя именно и является корнем всех наших страданий и от него мы желаем освободиться. На основе невежества мы зарождаем вредоносные омрачающие умственные состояния – те состояния, что ведут к вредоносной карме, к разрушительным действиям. Если на оснвое невежества мы зарождаем полезные умственные состояния – доброту, сострадание, доброжелательность, нравственное поведение и так далее – то эти действия являются действиями благими, ведущими к счастью в циклическом существовании; и все же эти действия происходят из невежества.

Есть и совершенно иной уровень действий, которые вообще не зависят от невежества; они называются действиями незагрязненными, и совершаются существами, которые обладают прямым постижением пустотности, а пустотность – это природа реальности. Однако до этого состояния как наши добродетельные, так и наши недобродетельные действия создаются на основе невежества. Если это добродетельные действия, мы оказываемся человеком, потому что рождение человеком считается рождением благим; если это действия недобродетельные, мы оказываемся видимыми нами стрекозами, сверчками, кисками, волками, кротами и другими видами живых существ.

Итак, неудовлетворительные условия проистекают из кармы, которая проистекает из омраченных умственных состояний или даже из добродетельных умственных состояний – но все эти состояния коренятся в невежестве, а невежество воспринимает вещи, цепляется за существование вещей в ключе, противоположном тому, как они существует на самом деле. Итак, невежество все воспринимает твердым, устойчивым, объективно существующим вовне. Разве у вас не возникает таких ощущений – когда вы открываете глаза и видите все эти вещи, разве они не вовне, а вы не здесь, внутри? Считаете ли вы, что то, как вы воспринимаете вещи, вообще зависит от вашего ума? Нет – нам кажется, что вовне существует объективная реальность, не связанная с нашим умом. Это наше главное ошибочное воззрение; именно оно все время втягивает нас в неприятности, потому что мы думаем, что воспринимаем реальность – потому что считаем, что все существует вовне, независимо от ума, а явления существует вовсе не так; они зависят от нашего ума. И мы говорим: «Что значит они зависят от ума! Я же не могу просто что-то создать или заставить что-то исчезнуть!».

Что же, вы не можете создать человека и заставить того человека исчезнуть, но вы создаете врага и создаете друга; и вы же можете устранить друга и устранить врага. Человек все равно остается, но наш ум превращает его во врага: мы просто смотрим на него определенным образом и вычленяем все его неблагие качества. Или же наш ум превращает человека в друга, когда мы смотрим на него особым образом, выделяя конкретные благие качества. Таким образом, наш ум создает друга и врага, и мы забывает, что именно мы создали их как друга и врага, и воспринимаем их как внешне объективно существующих. Это ведет к тому, что мы говорим: «Вы меня рассердили, вам делать этого не следует, вам следует измениться» – и все это происходит потому, что мы забываем, что сами превратили человека во врага.

Когда мы превращаем кого-то во врага, почти все, что этот человек делает, становится плохим; замечали ли вы такое? Стоит вам поместить кого-то в категорию врагов, как достаточно становится даже того, как человек вам говорит «Доброе утро» – даже с этим что-то не так. Замечали ли вы это? Если же мы помещаем кого-то в категорию друзей, то все, что этот человек делает, становится замечательным; если человек забывает помыть посуду или забывает сделать что-то еще, мы на это не обращаем внимания, мы игнорируем это: ничего особенного. Итак, то, как мы обозначаем явления, то, в какие коробки мы раскладываем людей, зависит от того, как мы их воспринимаем; если все нам кажутся врагами, настоящий враг – это наше собственное невежество, заставляющее всех остальных выглядеть врагами.

Если кто-то кажется нам тем, за кого нужно цепляться, в ком нужно нуждаться, кем нужно обладать, это также порождение ума; порождение ума, который наложил на человека всевозможные благие качества, которые ему не присущи. Если все представляются нам живыми существами, которые были добры к нам, но сейчас в силу невежества страдают в сансаре, у нас возникает гораздо более реалистичное представление, и оно также порождено нашим умом – однако это гораздо более реалистичное представление о том, кем является другой человек.

Итак, все сводится к невежеству, а невежество, как я уже говорила, воспринимает явления как объективно существующие вовне, независимо от ума. Нам же нужно развить мудрость, которая видит, что явления существуют зависимо. Они пусты от изначального или независимого существования; они существуют зависимо – так что мудрость, воспринимающая отсутствие у явлений объективного существования, является полной противоположностью невежества, которое цепляется за вещи как существующие объективно или независимо. Итак, мудрость способна победить невежество. Именно к этому мы в конечном итоге и устремляемся: обрести мудрость, побеждающую невежество, чтобы суметь освободить свой ум от всего невежества, всех омрачений, всей загрязненной кармы, которая удерживает нас в тисках циклического существования, сопряженного с неудовлетворенностью. Такова наша высшая цель.

Кроме того, мы хотим достичь этого не только ради нашего собственного блага, но и ради блага всех существ, потому что мы – лишь один человек, и было бы замечательно освободить себя, вывести себя за пределы неудовлетворительных условий – но что же до всех остальных? Когда мы оглядываемся вокруг, то видим, что жизнь наша очень зависит от других: они были так добры к нам! Как же мы можем думать только о собственном освобождении и забыть обо всех остальных? Если разные виды эгоизма; один вид эгоизма – это згоизм, который проявляется в нас прямо сейчас: «Это мое! Это они начали!» – мы говорим подобные вещи с возраста двух лет, с тех пор, как научились говорить – но  и сейчас, уже взрослыми, продолжаем говорить вещи вроде «Это мое и это они начали». Чему посвящены все политические съезды? «Это они начали, это они виноваты, это мое, я хороший!». Мы как будто дети из детского сада, но в другом теле. Ум не слишком сильно изменился, правда же?

Иногда мне кажется, что всем мировым лидерам следует попросту вместе собраться в песочнице, бросаться друг в друга песком и оставить нас всех в покое. Я говорю это шутливо, но доля правды в этом нет, правда же? Мы хотим освободиться от подобных состояний ума – ведь так себя ведут не только политики, но и мы сами. Мы играем в политику в своей маленькой жизни, на рабочем месте, в собственном монастыре. «Это мое, это они начали» – разве мы так не поступаем? Мы полностью в это погружены.

Итак, мы хотим освободиться, но нам нужно также освободить и всех остальных, потому что они застряли в том же бардаке, что и мы – а для того, чтобы освободить всех остальных, нам нужно освободить себя; в противном случае слепые будут вести слепых. Более того, нам нужно не только освободить себя, но и в полной мере развить все свои благие качества, чтобы с нашей стороны не было препятствий для того, чтобы протянуть руку другим и принести им максимальную пользу. Итак, нам нужно будет полностью освободить ум от всех препятствий, всех омрачений и развить все его благие качества; это и есть состояние будды, полностью пробужденное состояние.

Итак, как же во все это вписывается сосредоточение? Чтобы развить мудрость, постигающую природу реальности, нам нужна способность к сосредоточению. Если ум не спокоен, если у нас нет над ним контроля – достаточного для того, чтобы направить ум на объект медитации – такой, как природа реальности – и удерживать его на этом объекте столько, сколько мы пожелаем, чтобы очистить свой ум; если мы на это неспособны, то не освободимся. Итак, мудрость быть чрезвычайно слабой, если у нас нет сосредоточения, потому что у нас возникнет лишь проблеск того, каким все является, но вы не сможете удержать ее в уме – и она исчезнет. Для того, чтобы по-настоящему очистить наш ум, нам нужна не просто не вспышка; нам нужно обладать способностью полностью погрузить свой ум в природу реальности и удерживать его на ней однонаправленно, чтобы понимание реальности впиталось и влилось во все уровни нашего ума, очищая все эти уровни, освобождая ум от всех омрачений и загрязнений.

Итак, сосредоточение очень важно для того, чтобы суметь это осуществить. Кроме того, если мы собираемся развивать любовь, сострадание и бодхичитту – а бодхичитта это альтруистическое намерение, устремленное к становлению полностью пробужденным буддой ради блага всех существ – для того, чтобы развить любовь, сострадание и бодхичитту, нам также нужно сосредоточение, потому что если мы не способны удерживать свой ум сосредоточенным в состоянии, в котором мы воспринимаем всех как заслуживающих любви, то мы не сможем обрести ту любовь, которая нам на духовном пути нужна. Если мы неспособны сосредоточиться в достаточной степени, чтобы удерживать ум в переживании сострадания – желании, чтобы существа освободились от страданий – то сострадание будет возникать и исчезать со скоростью щелчка пальцев. Нам нужно напитать весь свой ум состраданием, и достигается это посредством сосредоточения.

Подобным образом, для того чтобы обрести бодхичитту – это желание, это устремление к достижению состояния будды ради блага всех живых существ – нам нужно иметь способность удерживать это устремление, это умственное состояние устремления в своем уме, не отвлекаясь – потому что если в одно мгновение у нас есть альтруистическое намерение, а в следующий миг мы испытываем гнев, нужный нам процесс не произойдет, правда? Ведь наш гнев полностью уничтожит все, что мы создали за мгновение бодхичитты; далее последует еще мгновение гнева, и затем еще мгновение бодхичитты – а затем мы снова рассердимся. Вы можете ощутить это в своем уме; замечаете ли вы такое в своем уме, когда сердитесь?  Все добродетельные состояния как будто испаряются.

Итак, нам нужно обладать способностью удерживать свой ум в этот добродетельном состоянии и не отвлекаться ни на нейтральные объекты, ни на неблагие эмоции, которые уничтожат наши добродетели и уведут нас в направлении, противоположном пути.

Итак, сосредоточение очень важно; такова высшая цель развития сосредоточения – применять его, сочетая с мудростью, сочетая его с бодхичиттой и используя, чтобы достичь полного пробуждения. Такова высшая цель, высшая польза, приносимая нашим сосредоточением.

Есть и другие виды пользы, виды пользы, которые достигаются быстрее – а нам нравится краткосрочная польза, правда? Долгосрочная польза – это здорово, но что-нибудь хорошее мне выдайте прямо сейчас. Иными словами, повесьте моркову вот здесь, но не слишком далеко, не отодвигайте ее – повесьте ее прямо передо мной, чтобы я как будто мог бы до нее дотянуться.

Итак, есть виды пользы, непосредственно вытекающие из развития сосредоточения; один из них состоит в том, что наш ум становится гораздо спокойнее. Это само по себе замечательно, правда? Как я уже сказала, наш ум становится спокойнее; омрачения не устранены, они просто подавлены – но и это хорошо. Ум меньше сердится, меньше поддается жадности и цеплянию, меньше поддается зависти. Это уже хорошо.

И даже малая доля контроля над нашим умом уже многое меняет; а по мере  того, как наше сосредоточение углубляется, мы обретаем способность входить в определенные состояния медитативного сосредоточения, которые иногда называются «джанами» – или «дхьянами» на санскрите; на английский этот термин  переводится как «медитативная стабилизация». Итак, это медитативные погружения; мы можем войти и в иные медитативные погружения, которые еще тоньше, и они принесут уму еще больший покой и большую безмятежность. Итак, все это – желаемые нами состояния, которые мы можем пережить в этой жизни. Если мы желаем обрести рождение в одном из царств циклического существования, то можем родиться в царстве, в котором пребываем в этом состоянии джаны, или медитативного погружения – мы это называем «бесформенным царством», я это кратко объясню позже; итак, это погружения либо царства форм, либо царства без форм – мы можем в них переродиться,  можем прямо сейчас создать для этого перерождения причину.

Однако с точки зрения высшей пользы мы на самом деле не желаем в этих царствах перерождаться, потому что даже если мы родимся в этих царствах глубинного сосредоточения, когда карма рождения в этих состояниях будем исчерпана, мы – бум! – упадем обратно в царство желаний, в котором находимся прямо сейчас.

Именно по этой причине буддийские мастера всегда подчеркивают, что если мы развиваем сосредоточение, то нам нужно сделать своей долгосрочной целью освобождение или полное пробуждение, и действительно нужно породить состояние ума, которые желает освободиться от циклического существования: этой системы повторных перерождений под влиянием невежества. Потому что если у нас не будет отречения от циклического существования, то мы разовьем сосредоточение, и, как утверждается, оно будет настолько замечательным, что у нас не будет желания медитировать ни на чем ином – и мы не будем этого делать: не будем развивать бодхичитту; не разовьем мудрость постижения пустотности. Мы переродимся в высоком состоянии, но когда соответствующая кармическая энергия будет исчерпана, мы вновь упадем.

Именно поэтому при медитации на сосредоточении очень важно иметь понимание того, как оно вписывается в буддийскую практику, и того, с какой целью, ради чего мы развиваем это сосредоточение. Итак, нам нужно помнить об отречении, помнить о бодхичитте, чтобы всегда использовать свое сосредоточение по-настоящему продуктивно.

Давайте на мгновение прервемся. Есть ли какие-либо вопросы или комментарии?

В: В чем разница между полным пробуждением и бодхичиттой?

О: Различие между полным пробуждением и бодхичиттой… Бодхичитта – это  состояние ума, которое устремляется к полному пробуждению. Полное пробуждение – это следствие бодхичитты, в котором мы полностью устранили все, что следовало устранить, и развили все благие качества, которые должны были быть развиты.

В: Итак, когда мы медитируем, высшей целью является полное пробуждение.

О: Да, и бодхичитта – это устремление к достижению полного пробуждения.

В: Если мы достигаем различных джан, означает ли это, что мы обладаем прямым постижением пустотности?

О: Нет. Итак, давайте я немного расскажу о джанах, или медитативных сосредоточениях царства форм, а также о медатитивных сосредоточениях царствах без форм.

Для этого нужно немного знать немного о сансаре, о циклическом существовании. Иногда говорят, что в сансаре существуют три царства: царство желаний, царство форм и царство без форм. Царство желаний – это царство, в котором мы пребываем; здесь множество объектов желания, и наш ум все время мечется вокруг желаний.

Царство форм называют более высоким царством, поскольку все грубые виды желания, гнева и тому подобного временно подавлены, и рожденные в этом царстве существа способны пребывать в медитативном сосредоточении. Иногда они из этого сосредоточения выходят, но оно настолько на них повлияло, что даже когда они из него выходят, то не поддаются гневу, не впадают в тот неблагой гнев, которому предаемся мы.

Есть четыре стадии сосредоточений, относящихся к миру форм. Эти сосредоточения на пали называются «джана», на санскрите «дхьяна», на китайском «чань», на японском «дзен» – именно отсюда и происходит термин «дзен»

Итак, их четыре: первая джана, вторая джана, третья джана, четвертая джана. Выше них в сансаре – в данном случае мы все еще говорим о сансаре – следуют четыре сосредоточения царства без форм. Четыре сосредоточения царства форм, или джаны, называются относящимися к царству форм, потому что пребывающие в них существа обладают определенным телом – телом более тонким, чем наше; оно не подобно этому грубому телу, но телом они все равно обладают.

Оказываясь в царстве без форм, существа, в соответствии с объяснениями сутраяны, тела не имеют; тела нет – есть лишь ум, пребывающий в очень высоких состояниях сосредоточения. Итак, первое из бесформенных царств называется «бесконечным пространством», потому что объектом, на котором сосредотачивается медитирующий, является бесконечное пространство. Просто представьте: вы целыми днями сосредоточены только на бесконечном пространстве. Нет ни боссов, ни налогов, ни демократов, ни республиканцев – только бесконечное пространство. Это нечто возвышенное.

Состояние выше этого называется «бесконечным сознанием» – таков объект медитации в нем. Далее следует «Ничто», а над ним – состояние, которое называется «Ни различение, ни не-различение»; другое его название – «Вершина сансары». Давайте называть его «Вершиной сансары» – это высочайший уровень в сансаре. Итак, существуют глубокие уровни сосредоточения: сперва на уровне джан, а затем в царствах без форм. Обитающие на этих уровнях существа наделены глубокими состояниями сосредоточения, но лишены мудрости, постигающей пустотность. Как же они обрели рождение в этих царствах? Будучи людьми, они выполняли медитацию, чтобы развить сосредоточение и шаматху, или «безмятежность», но не имели отречения, не имели бодхичитты и не имели мудрости, и потому достигли этих возвышенных состояний. На уровне ума они достигли этих мысленных измерений, хотя тело их и оставалось телом человека. Затем, после смерти, они просто переродились в этих измерениях. Однако они не вышли за пределы сансары, потому что не обладают постижением пустотности.

Вопрос: Что же до таких существ, как Далай-лама – достигших состояния, в котором они по собственному желанию возвращаются в это царство, чтобы учить, и воплощаются – отвергли ли они все эти царства сансары?

Ответ: Такие существа, как Далай-лама или арья-бодхисаттвы, отвергли все эти различные состояния сосредоточения и обладают отречением, бодхичиттой и мудростью постижения пустотности, и потому по собственному желанию проявляются в нашем мире, чтобы помочь нас направлять .

Вопрос: Итак, мне следует устремляться к достижению этого опыта, чтобы его сознательно отвергнуть? Как, например, при поедании шоколадного пирога – я думаю «Как вкусно», но знаю, что хотя сейчас пирог и вкусен, в целом он вреден.

Ответ: Нет, мы, безусловно, хотим развить эти состояния сосредоточения, потому что нуждаемся в них, чтобы глубоко медитировать на бодхичитте и пустотности.

Вопрос: Итак, мне нужно достичь царства формы?

Ответ: Что ж, для того, чтобы постичь пустотность, нам не нужно проходить через все эти восемь состояний: четыре формных и четыре бесформенных; даже с помощью так называемого «сосредоточения подступа», достигаемого непосредственно перед вхождение в первую джану, можно постичь пустотность и достичь свобождения. У бодхисаттв все иначе, потому что бодхисаттвы устремляются не просто к освобождению; они желают полностью освободиться от всех омрачений, и потому развивают в своем уме в эти качества. В то же время, они обладают постижением пустотности, обладают отречением, обладают бодхичиттой – так что не застревают ни в одном из этих царств.

Вопрос: Итак, чтобы достичь высшего состояния будды, нужно подобным образом пройти по пути бодхисаттвы?

Ответ: Да, чтобы достичь высшего состояния будды, нужно пройти по пяти путям и десяти ступеням бодхисаттвы; когда вы проходите по ним, то развиваете эти различные состояния медитативного сосредоточения.

Вопрос: Так что прямо сейчас мне следует сосредоточиться на состоянии будды?

Ответ: Прямо сейчас, на наших младенческих этапах, мы в первую очередь должны сосредоточиться на нравственном поведении. Сосредоточение – нечто немного сложное? Нравственное поведение – вот основа всего. Оно подразумевает отказ от десяти неблагих действий и совершение десяти благих действий. Если вы приняли пять обетов [мирянина] или монашеские обеты, вы их соблюдаете. Таким образом, нравственная жизнь – это основа всего.

На самом деле, если вы не живете нравственной жизнью, вам будет очень сложно достичь более высоких уровней сосредоточения, потому что нам очень сложно сосредоточиться, когда мы замечаем, что наш ум полон всевозможного недобродетельного хлама. Способны ли мы хорошо медитировать, если ум наш полон гнева? Нет! Способны ли мы хорошо медитировать, если ум наш полон привязанности к чувственным удовольствиям? Нет! Итак, для достижения сосредоточения нужно подавить эти омрачения – и именно эти омрачения мотивируют нас на совершение вредоносных действий и не дают нам соблюдать нравственность.

Два важных фактора, которые мы хотим развить в сосредоточении – это памятование и интроспективное осознавание; это два очень важных качества, о которых я расскажу по ходу ретрита, объяснив, как они используются для развития сосредоточения. Однако даже для того, чтобы развивать сосредоточение, мы должны использовать их на еще более грубом, явном уровне в своей повседневной жизни, чтобы памятовать о своих действиях и поддерживать обращенное на себя осознавание – для того, чтобы не вовлекаться в неблагие действия.

Вопрос: Это то же самое, что и самонаблюдение?

Ответ: Да, в каком-то смысле. Интроспективное осознавание подобно самонаблюдению. Давайте я объясню это так: на повседневном уровне памятование сосредоточено на наших обязательствах, на наших нраственных ценностях и принципах – так, что мы о них памятуем, мы о них помним;  интроспеткивное осознавание подобно самонаблюдению в том смысле, что оно наблюдает, обозревает ситуацию и говорит: «Что я делаю и почему я это делаю? Что я делаю – соблюдаю ли я свои обязательства или действую вопреки своим обязательствам?». Почему я совершаю это действие: просто так ли? Что происходит в моем уме и побуждает меня совершить это действие?

Благодаря поддержанию подобного осознавания в своей повседневной жизни мы соблюдаем хорошую нравственность; на основе этого мы усиливаем умственные факторы памятования и интроспективного осознавания и используем их в своей медитации, чтобы развить состояния сосредоточения. В буддизме мы часто говорим о трех высших тренировках: нравственности, сосредоточении, мудрости.

Сегодня я начала рассказывать о мудрости; чтобы обрести ее, нужно сосредоточение, а для обретения сосредоточения нужна нравственность.

Вопрос: Итак, наша высшая цель – и в том, чтобы освободиться из циклического существования?

Ответ: Это часть высшей цели; это приведет нас к состоянию архата, но мы желаем дойти и до состояния будды, и потому наша высшая цель – в том, чтобы полностью очистить ум: не только те вещи, которые вызывают циклическое существование, но и более тонкие омрачения в уме.

Вопрос: В то же время вы утверждаете, что идеал бодхисаттвы – это когда мы не оставляем циклическое существование, а остаемся в нем и помогаем.

Ответ: Говорят, что бодхисаттвы отказываются от собственного освобождения, чтобы остаться в циклическом существовании ради блага других. Это не означает, что бодхисаттвы на деле не достигают состояния будды и что они продолжают вращаться в циклическом существовании – потому что если вы вращаетесь в циклическом существовании, как вам хоть как-то помочь другим? Если бодхисаттвы не станут противодействовать собственным омрачениям и устранять их, если они не станут очищать свой ум и полностью развивать свои качества, если они не освободятся из циклического существования и останутся в нем, то их ум будет полностью бесконтролен и сострадание их будет не слишком хорошим – они будут в точности подобны нам, а мы и так долго были «в точности подобны себе».

Таким образом, когда говорится, что «бодхисаттвы остаются в сансаре», подразумевается, что они трудятся ради собственного состояния будды, очищаясь от всех омрачений, развивая свои благие качества – и когда они доходят до определенного уровня на пути, могут явить множество проявлений, которые появятся в сансаре. Бодхисаттвы осуществляют это, чтобы принести пользу нам; они также используют эти проявления, чтобы отправится в чистые земли, где совершают подношения буддам и могут очень быстро накопить огромную благую заслугу, которая ускорит их продвижение к полому просветлению. Итак, когда говорится «бодхисаттвы остаются в сансаре», на самом деле буквально подразумевается не это; подразумевается, что их проявления возвращаются в сансару.

Речь также может идти о том, что происходит на ранних этапах пути – прежде чем бодхисаттвы постигнут пустотность. Если цель заключается в том, чтобы достичь освобождения, нет нужды накапливать заслугу столь же обширную, как та, что нужна для обретения полного пробуждения. Итак, на ранних этапах пути [существа могут думать]: «Ладно, я желаю достичь освобождения – мне нужно накопить вот столько заслуги, не слишком много, не бесконечное множество» – и тогда они быстрее постигают пустотность. Однако бодхисаттвы на ранних путях решают уделить множество времени накоплению огромной заслуги, потому что хотят напрямую достичь состояния будды. Таким образом, можно сказать, что они удлиняют путь; на обретение прямого постижения пустотности у них уйдет больше времени, потому что они уделяют много времени созданию заслуги.

В: Итак, они за пределами бесконтрольного циклического существования.

Ответ: Бесконтрольного циклического существования; циклическое существование, однако, является бесконтрольным.